Анна Ризатдинова. Художественная гимнастика – это школа выживания: кто-то выдерживает, а кто-то ломается

Точеная фигура, грациозность движений, всегда сверкающая улыбка. Мы привыкли видеть гимнасток именно такими. Но что скрывается за этой красивой картинкой? Тяжелые тренировки, нервы и слезы, физическое истощение. Откровенно об обратной стороне художественной гимнастики рассказала Анна Ризатдинова, украинская гимнастка, многократная чемпионка мира и Европы, бронзовый призёр Олимпийских игр 2016 в Рио-де-Жанейро.

• Расскажите немного о своем пути к олимпийской медали: как появилась эта цель, сколько времени отнимала подготовка?

В 5 лет, когда я пришла в художественную гимнастику, никто не пророчил мне звездного будущего. Мне нравилось двигаться с ленточкой, мячиком, но у меня даже в мыслях не было, что я могу добиться таких высот. Тем более что в гимнастике должны быть идеальные параметры. У меня же не хватало роста, гибкости. Однозначно мой талант – это трудолюбие. Со временем у меня появилась цель попасть в школу Дерюгиных, потом – стать первым номером страны, дальше – мира. Ну а затем я уже, конечно, понимала, что могу взять медаль на Олимпийских играх.

Я ехала на Олимпиаду и понимала, что первое и второе места уже забронированы, поэтому я не разделяла золото, серебро и бронзу: для меня эти медали одной ценности. Самое главное, что я дошла до Олимпийских игр и поднялась на пьедестал.

• Что значит «первое и второе места забронированы»?

Ни для кого не секрет, что гимнастика – субъективный вид спорта. Но я считаю, что на таких соревнованиях, как Олимпийские игры, нельзя не заметить ошибку. Гимнастка, которая завоевала серебряную медаль, во время выступления уронила 2 булавы. То есть ни о каком пьедестале уже не могла идти речь.

Много было комментариев в мой адрес, что у меня легче программа, чем у других, но это не так. На тот момент максимальная оценка была 10 баллов. И у всех гимнасток в судейской карточке стояли десятки (у меня, россиянок, белоруски, кореянки).

• Не жалеете, что все Ваше время было занято спортом?

Я не жалею, потому что у меня получилось завоевать медаль, поэтому, наверное, мой путь был хоть и сложным, но правильным. Я оградила себя от всего и посвятила полностью спорту, и мне это помогло. Да, где-то не было детства, зато сейчас я выступаю спикером на международной спортивной конференции, запускаю свой бренд. Тут есть свои плюсы, и я ни о чем не жалею, я счастлива, что меня отдали в спорт. Хотя я много раз задумывалась, что, может, это не правильный путь, особенно когда что-то долго не получалось и не было результата.

• Что в такие моменты помогало Вам не опустить руки и двигаться дальше?

Поддержка родителей и близких. И тренер помогал, конечно. В сознательном возрасте спортсмена тренер – это друг, с которым ты можешь поделиться всеми переживаниями и проблемами, а не надзиратель, который постоянно стоит с палкой и ругает за малейшую ошибку. У меня таким другом была Ирина Дерюгина. Я счастлива, что перед Олимпиадой в Рио-де-Жанейро она была со мной: меня не нужно было уже заставлять, ругать, мне просто нужна была поддержка.

• Но художественная гимнастика – жесткий вид спорта. И тренер, скорее, применяет метод кнута, а не пряника. Разве это не так?

В раннем возрасте спортсменов – да. Но всему есть своя мера. Должен быть строгий контроль над детьми, особенно нынешнего поколения, для которых все просто и доступно и которые даже не предполагают, какой жесточайший путь к олимпийской медали нужно пройти.

Когда я приехала в Киев в 16 лет, у нас были жесткие спартанские условия. Я жила в спортинтернате. Альбина Николаевна Дерюгина сказала моей маме, что, если она хочет, чтобы я росла в нормальном обществе, была самостоятельной и не избалованной, то нужно жить в спортинтеранате вместе с другими гимнастками. В 10 часов вечера отключали свет, отсутствовали электроприборы, был только один душ на весь спортинтернат. Тренировки были жесточайшие. Вспоминаю это и даже не знаю, как я это все выдерживала. Да, было тяжело, но меня это закалило. Поэтому на начальном этапе только пахота. А потом уже, когда человек осознанно подходит к тренировкам, тренер становится соратником и другом.

• Кого-то это закаляет, а кого-то ломает. Насколько сильно такая ситуация подкашивает гимнасток?

Они просто понимают, что большой спорт не для них, и уходят. Это школа выживания: кто-то выдерживает и проходит через такие условия, жесткие тренировки, унижения, какие-то оскорбления в свой адрес, а кого-то это ломает. Но зато к Олимпиаде вырабатывается такой характер, что уже ничего не страшно. Так что есть в этом плюсы и минусы.

• Как уже говорили, карьера гимнасток заканчивается очень рано. Что делать потом?

Я в 2016 году уже задумалась о своем будущем. Начала сотрудничать с агентом. И это мне помогло, потому что я начала появляться на светских мероприятиях, телеэкранах и стала узнаваемой. Сначала ты работаешь на бренд, а потом бренд должен работать на тебя. А многим олимпийцам это не надо, потому что в своем кругу мы и так звезды. Поменять менталитет спортсменов очень сложно.

• По-вашему мнению, как в нашей стране можно популяризировать спорт?

Через медиа, другого выхода нет. Я хочу, чтобы в нашей стране спорт стал культом и стратегическим приоритетом, чтобы не только звезд шоу-бизнеса, но и спортсменов приглашали на обложки журналов, ведущие телешоу. У нас в стране с эфиров пропадают спортивные новости, трансляции мировых спортивных событий. Спортсмены работают не благодаря, а вопреки.

Автор: Екатерина Кондаурова.

The post Анна Ризатдинова. Художественная гимнастика – это школа выживания: кто-то выдерживает, а кто-то ломается appeared first on Спортивный портал Днепра (Украина) — SPORTDNIPRO.COM: свежие новости спорта онлайн ⋆ Сайт про спорт.