«Это вам не Шурик, он боксер». Другая жизнь Александра Демьяненко
![«Это вам не Шурик, он боксер». Другая жизнь Александра Демьяненко](https://aif-s3.aif.ru/images/038/076/1c7846d236f3f18bcf4641dd2e765979.webp)
Выражение «как в кино» означает что-то волшебное, обычной жизни не свойственное — и чаще всего хорошее. Но на самом деле кинематограф почти всегда показывает героев в тяжелых обстоятельствах, причем это касается не только драм или мелодрам, но и комедий. То, над чем смеются зрители, в реальности выглядит как «33 несчастья» — ещё одна идиома, которую используют для характеристики людей, буквально притягивающих неприятности.
Александр Демьяненко, разумеется, к такой категории не относился. В его жизни было и хорошее, и плохое, но всё равно вся его биография оказалась связана с Шуриком — героем комедий Леонида Гайдая, который регулярно попадает в различные передряги, из которых, впрочем, выходит победителем. В этом, кстати, экранный Шурик и реальный Демьяненко были схожи. Александр Демьяненко ушел из жизни 25 лет назад, 22 августа 1999 года.
Как попасть в историю
Наверное, Демьяненко была суждена совсем другая биография. Многие актеры его поколения — а он учился в ГИТИСе в середине 1950-х — играли в театрах, много снимались в кино, кто-то из них делал головокружительную карьеру, кто-то просто честно тянул лямку. У Демьяненко старт получился достаточно удачным — его и в труппу московского Театра имени Маяковского взяли, и до главных ролей он «дорос» достаточно быстро. Ещё во время учебы он сыграл у Александра Алова и Владимира Наумова в фильмах «Ветер» и «Мир входящему» — причем персонажей совсем не задних планов. В 1961-м ему достался и центральный герой — в комедии «Карьера Димы Горина», благодаря которой про него узнали зрители всего Советского Союза. И вот на этой высокой ноте Демьяненко уходит из Театра Маяковского, где ничего толком не играл все три года, уезжает в Ленинград и становится актером киностудии «Ленфильм».
Такой «взбрык», в принципе, мало что значил, хотя актеры чаще совершали обратный вояж — из Ленинграда в Москву, в столичные театры и киностудии. Вот только «Ленфильм» — не «Мосфильм», картины там снимали, конечно, и много, но хитами из них становились считанные единицы. Демьяненко был востребован — «Порожний рейс», «Каин XVIII», «Государственный преступник», — но стать звездой с его ролями было почти невозможно, а о Диме Горине зрители понемногу забывали... И тут в поисках нужного типажа до Ленинграда добрался режиссер Леонид Гайдай, который уже отсмотрел чуть ли не всех мужчин-актеров подходящего возраста — пробы проходили Олег Видов, Всеволод Абдулов и Валерий Носик, а также будущий знаменитый юморист Евгений Петросян. Демьяненко Гайдаю приглянулся сразу. Тот не стал отказываться от предложения начинающего комедиографа — и буквально влип в историю советского кинематографа.
«Очень хороший боксёр»
Где Гайдай взял основу для образа Шурика, толком неизвестно. Кто-то считает, что это альтер эго самого режиссера — и для этого есть все основания, они очень похожи внешне. Демьяненко в поздних интервью рассказывал, что каких-то особых смыслов в этого персонажа не вкладывал, а просто жил в предложенных условиях, то есть фактически играл самого себя. Конечно, на какие-то жертвы ему пришлось пойти — черноволосого актера перекрасили в блондина, причем чуть не сожгли кожу на голове. Но всё это окупилось сторицей — «Операция "Ы"» стала лидером советского проката 1965 года (фильм посмотрели почти 70 млн зрителей), ну а Демьяненко получил несмываемое клеймо по имени «Шурик». После выхода «Кавказской пленницы» в 1967-м (снова первое место и 76,5 млн зрителей) избавиться от этого клейма актеру было уже не суждено.
Любопытно, что Владимир Высоцкий, вспоминая о своей работе в «Карьере Димы Горина», сравнивал Демьяненко с Шуриком, который «появился на свет» на четыре года позже: «Саша Демьяненко — это вам не Шурик, в жизни он боксёр. Очень хороший боксёр, доложу я вам», — рассказывал Высоцкий.
Голос Бельмондо
Конечно, совсем без работы Демьяненко не сидел. Снимался он много, разнообразно, но далеко не в главных ролях и не в самых громких проектах. По каким-то причинам Демьяненко не стал постоянным актером Гайдая — тот позвал его ещё лишь однажды, чтобы сыграть важную, но небольшую по экранному времени роль изобретателя (по имени, разумеется, Шурик) в комедии «Иван Васильевич меняет профессию». А в 1982-м Гайдай вообще попытался сделать нового «Шурика» из актера Альгиса Арлаускаса, но оказалось, что для зрителей Шуриком может быть только Демьяненко. Другие режиссеры, похоже, тоже видели в нём исключительно Шурика. В фильмографии Демьяненко более ста ролей, сыгранных уже после «Кавказской пленницы», но выделить можно очень немногие — «Угрюм-река», «Миссия в Кабуле», «Сказки старого волшебника» да «Зеленый фургон», в котором он сыграл трагическую роль Шестакова. Много занимался дубляжом — его голосом говорят герои доброй половины актеров из Прибалтики, а также персонажи Тони Кёртиса, Омара Шарифа и Жан-Поля Бельмондо.
При этом Демьяненко всеми силами пытался не быть Шуриком — или быть не Шуриком. Он не любил, когда ему напоминают об этом герое, не смотрел те самые фильмы Гайдая, да и не был он в жизни тем общительным и деятельным человеком, которого знали и любили зрители, попавшие под очарование экранного образа. Настоящий Демьяненко редко выбирался «в люди», предпочитал одиночество и очень тяготился тем, что стал «актером одной роли». Уже в 1980-е он снова вернулся в театр — работал в Театре Комедии имени Акимова, играл серьёзные драматические роли и, кажется, нашел нужный баланс между известностью и своими потребностями, ведь пусть зрители шли «на Шурика» — на сцене они видели не героя комедий Гайдая, а самого Демьяненко.
У него и с семьей всё сложилось так, как он хотел, пусть и со второго раза. Первый, студенческий брак с театроведом Мариной Скляровой закончился разводом уже в 1970-е, а со второй женой, режиссером дубляжа на «Ленфильме» Людмилой, они прожили душа в душу более четверти века, и дочь Людмилы от первого брака Демьяненко вырастил как родную — своих детей у него не было.
«Это не стыдный труд»
Девяностые годы для многих советских звезд оказались нелегким испытанием, и Демьяненко не был исключением. Почти не стало работы в кино, но он всё равно снимался, хотя Демьяненко и критиковали за выбор проектов, особенно за сериал «Клубничка» или за «Старые песни о главном», где он снова, явно скрипя зубы, вспомнил Шурика. «Это не стыдный труд, — говорил Демьяненко про "Клубничку". — Работа — на износ. По напряжению её можно сравнить с забоем в шахте. Но так всё-таки лучше, чем медленно умирать на койке».
Однажды помогла Наталья Селезнева — Лида из «Операции "Ы"» и Зина из «Ивана Васильевича...», — которая предложила вместе встречаться со зрителями — и денег заработать, и профессию не забыть. Хуже обстояли дела в театре. Новый худрук Театра комедии не нашла в составе места для Демьяненко, а он не стал унижаться и ушел работать в «Приют комедианта», где играл в спектаклях «Владимирская площадь» и «Антигона». Лишь потом оказалось, что этот конфликт закончился для Демьяненко инфарктом... У него началась тахикардия, а он всё откладывал и откладывал лечение. Лишь в 1999-м ему назначили операцию на сердце. Но назначили на осень. А он умер 22 августа. На вскрытии выяснилось, что сердце однажды уже подводило актера.
Хоронили Демьяненко не театры, а «Ленфильм», на котором он прожил почти всю свою творческую жизнь. На прощание пришло несколько десятков тысяч человек. И кто-то из них наверняка встречал Демьяненко на улицах города и раздражал напоминаниями о Шурике. Похоронен он на Серафимовском кладбище; жена Демьяненко пережила мужа на шесть лет, и сейчас они лежат рядом.